© Gray Knight.

Похититель счастья

Здание банка сверкало стеклом и металлом. Яростные порывы ветра, перемешанные с бритвенно острыми частичками снега, атаковали город и, казалось, одерживали победу. Снег с дьявольским шорохом врезался в стекла, обдавал колючим душем прохожих, сверкал смертельным блеском в свете фонарей. На город опускался вечер. Люди торопились - кто уже домой, кто только на работу, кто по каким-то другим делам. Из роскошных дверей банковского офиса вышел человек с дипломатом в руке, повидимому, клерк, поежился, поднял воротник кашемирового пальто и направился к охраняемой автостоянке, где была припаркована его машина. По его лицу было видно, что мысли его витают где-то далеко. И действительно, он думал, и ни снег, ни ветер не пугали его, потому что он согревался своими мыслями. Он думал о том, что его квартира - теплая и уютная, что его жена - добрая, домашняя и очень красивая женщина - готовит ужин и искренне ждет его - по-настоящему ждет, что у его детей - между прочим, девочки и двоих парней-близнецов - все хорошо с учебой. Он думал обо всем этом и был счастлив. Сквозь окна его души не мог пробиться ни мороз, ни снег, ни ветер.

Подойдя к машине, человек улыбнулся своим мыслям, вставил ключ в замок и открыл дверцу. Он уже хотел сесть в машину, как почувствовал сзади нечто, быстро, как ему показалось, вторгшееся и кардинально менявшее все вокруг. Он обернулся, но увидел всего лишь автомобиль. На стоянку медленно въезжал черный “Бьюик” - такой, которые выпускали в Америке в 60-е годы, только выглядевший абсолютно новым. Машина подъехала и припарковалась рядом. Стекло с водительской стороны опустилось. Глаза банковского служащего, наблюдавшие за движением черного автомобиля, вдруг наткнулись на встречный взгляд приехавшего. Всего лишь секундный взгляд.

Человек в пальто уселся в свой автомобиль, и, как только он тронулся и покатился к выходу с автостоянки, водитель странной тачки вылез наружу и, опершись на распахнутую дверцу, стал смотреть ему вслед. И с клерком что-то случилось. Картина семейной идиллии в его мозгу рассыпалась в пух и прах. Его тепло и покой куда-то делись, и ему захотелось взвыть от внезапно нахлынувшего осознания того, насколько он несчастен. Выезжая со стоянки, он увидел отражение незнакомца в зеркале заднего вида, и понял, что дома, куда он так стремится, его не ждет ничего хорошего, что его просто тошнит, выворачивает наизнанку от того, что он привык считать своим счастьем. Все окна его души взорвались тысячей осколков, и вперемешку с битым стеклом сильный ветер и ледяное крошево ворвались в него, чтобы уже никогда не покидать. Ветер гудел и стонал - он завоевал еще одного человека в этом городе. Завоевал и засыпал снегом.

Тем временем, незнакомец снова уселся в свою диковинную машину и зевнул, сладко и глубоко. Он не отличался ничем особенным, кроме одного - люди, одетые подобным образом, не ездят в подобных машинах. Нельзя сказать, что он был одет в грязные обноски - нет, просто стиль его одежды больше напоминал грузчика или разнорабочего на прогулке по центру города в выходной день. На нем были выцветшие светло-синие джинсы, джинсовая рубашка такого же цвета, черные замшевые кроссовки. Поверх всего этого был надет старый потертый кожаный плащ, а шею украшал шерстяной шарф, белый с черными полосками, очень широкий и длинный. Лицо человека было самым обычным, хотя и не лишенным некоего шарма. В его серых глазах отражались падающие снежинки. Он посидел еще немного, потом завел машину, развернулся, через приоткрытое стекло протянул сторожу купюру и выехал со стоянки.

* * *

Говорят, байкеры - крутые ребята. Ветер в лицо, скорость, любимый мотоцикл, любимая музыка - у них свое понимание счастья. “Ночные волки”... Счастье - значит свобода. “Мы - банда!”... Банда неслась по залитой солнцем бетонке. Это действительно было тем зрелищем, которое стоит увидеть хотя бы раз в жизни. Полсотни душ, объединенных в едином порыве, полсотни в такт работающих мощных машин. Они неслись вперед по дороге своей Свободы, и никто не был в силах помешать им. На куртку каждого из них было нашито изображенние морды волка, объятой пламенем, готовой оскалиться на любого, кто посягнул бы на их свободу. На дороге никто не мог сравниться с ними, и ехавший впереди предводитель знал это, но маячивший уже последние десять минут у него в зеркалах заднего вида черный автомобиль начинал действовать на нервы. Байкеры не любят автомобилистов, еще больше они не любят дорогих людей на дорогих машинах, поэтому, когда черный автомобиль (выяснилось, что это “Бьюик” допотопной модели) догнал всю команду и плавно пошел на обгон, уязвленное самолюбие вожака, да и всех остальных, отозвалось ревом моторов. “Бьюик” отстал, но через несколько секунд он ехал уже рядом с байкерами по встречной полосе и, казалось, не торопился завершать обгон. Боковое стекло опустилось, и водитель окинул взглядом команду, которую обгонял. После нескольких секунд пристального наблюдения стекло было поднято и, подобно торпеде, черный автомобиль стремительно обошел мотоциклистов и скрылся из виду. В тот же миг моторы у всех без исключения начали чихать и глохнуть, у кого-то лопнула покрышка, кто-то просто съехал на обочину и остановился, кто-то не снижая скорости вылетел в кювет. Банды не стало, ее существование прекратилось ровно с того момента, когда дувший в лицо и развевавший волосы ветер был схвачен и унесен черным “Бьюиком”, унесен вместе с их коллективным счастьем, вместе с безотказной работой их мотоциклов и единением их сердец. Мотоциклисты собрались на обочине, их догоняли отставшие и упавшие, вожак матерился и яростно клялся догнать эту чертову машину и разобраться с ее водителем, но каждый из них понял одно: Дорога Свободы - лишь полоска дерьмового асфальта, а они - кучка стареющих козлов с пивными животами, немного разбирающихся в мотоциклах. Ни один из них не признался в этом другим, но их чувства были едины, как раньше было единым их счастье. Через некоторое время они развернулись и медленно поехали в город, поехали по домам, поехали по Дороге в Никуда.

* * *

Парочка молодых людей вот уже пять минут нежно целовалась у подъезда. На вид пареньку можно было дать лет 16-17, девушка выглядела совсем молоденькой. Человек в черном “Бьюике” внимательно наблюдал за ними сквозь тонированные стекла и поражался тому, насколько целомудренным и чистым был внешний облик юных влюбленных. Они целовались и никак не могли найти в себе силы остановиться. Они не обращали внимания ни на кого. Наконец девушка отстранилась от парня, улыбнулась ему, что-то тихо произнесла, еще раз коротко чмокнула его и пошла к подъезду. У самой двери она обернулась и весело помахала своему мальчику рукой. Когда дверь закрылась за ней, паренек некоторое время стоял, приняв мечтательную позу и глядя на звезды, а потом вдруг спохватился и посмотрел на часы. Черты лица его исказило волнение - он явно куда-то опаздывал. Быстрым шагом молодой человек направился к трамвайной остановке, раздумывая на ходу, как ему объяснить дома столь позднее возвращение, но ход его мыслей прервало мягкое шуршание шин у него за спиной. Черная машина поравнялась с ним, передняя пассажирская дверь открылась и раздался мягкий баритон водителя:

- Садись, парень. Я тебя подкину, а то поздно совсем.

Паренек, напуганный и удивленный появлением машины и предложением водителя, начал что-то говорить о том, что ехать ему очень далеко, а денег у него почти нет, но водитель мягко прервал все эти объяснения.

- Тем более залезай. Деньги твои мне не нужны, но одно условие у меня все-таки есть.

Не успел весь поток нехороших мыслей по поводу этого самого “условия” пронестись в голове у молодого человека, как водитель продолжил:

- Это несложно. Я хочу, чтобы ты внимательно выслушал и ПОНЯЛ все, что я буду говорить по дороге. Повторяю, тебе это будет несложно.

Перспектива возвращения домой намного раньше, чем планировалось пять минут назад, да еще на роскошной машине преодолела инстинкт самосохранения, да и сам облик водителя и его манера изъясняться располагали к себе. Паренек уселся, и машина плавно тронулась. Они выехали на шоссе. -

Знаешь, - начал водитель - наш разговор будет скорее напоминать монолог, но перед этим я хотел бы задать тебе один вопрос. Ты сейчас счастлив?

Парень, все еще находившийся под впечатлением от своего первого свидания, настоящего свидания двух влюбленных, а не просто прогулки с девчонкой, не стал долго раздумывать над ответом. Это было понятно сейчас он готов был расцеловать весь мир.

- Да, конечно. Знаете, я так счастлив, что...

- Можешь не говорить. Я примерно представляю, да потом это и не выразить словами. Но хорошо то, что ты знаешь, что такое счастье. О нем у нас и пойдет разговор.

Человек немного помолчал, потом продолжил.

- Счастье - хитрая вещь. У каждого человека в каждую отдельную секунду оно разное. Понимание этого слова каждым человеком меняется значительно быстрее, чем человек взрослеет, просто эти изменения не так заметны, как превращение ребенка в юношу, мальчика в мужчину, мужчины в старика. Иногда говорят - “ у этого человека - высокие идеалы, у того - низкие ”. Это так, но люди не задумываются, что и в том, и в другом случае речь идет о человеческом счастье, а оно не бывает ни высоким, ни низким. Вот ты например - сегодня ты счастлив тем, что можешь слиться со своей подругой в глубоком и нежном поцелуе, который кажется долгим как вечность, пока не перехватит дыхание. Но вспомни, что недавно ты сгорал от счастья, когда всего лишь держал ее за руку. А через некоторое время твое счастье потребует еще большего куска пищи - и ты захочешь, чтобы твоя возлюбленная вместо твоей девушки стала... Твоей Женщиной.

Юноша гневно взглянул на водителя и хотел что-то сказать, но, посмотрев в серо-стальные глаза, передумал. Человек продолжил:

- Только не сердись на меня. Я знаю, ты сейчас думаешь, что ваша любовь чиста и чище ее только супружеская жизнь Папы Римского, но я знаю - уже сейчас ты хочешь ее. Знаю, потому что сам когда то думал так же. И так же хотел. Но дело в другом. Дело в том, что без счастья, каким бы оно ни было, человек жить не может. Физически. Он сохнет, слабеет, он начинает сходить с ума. У каждого человека есть счастье - хоть какое-то, но свое. У каждого, но не у меня.

Тут человек в плаще впервые за весь разговор обратил внимание на то, насколько внимательно и серьезно слушает его спутник. На мгновение что-то мудрое и очень зрелое мелькнуло на юношеском лице. Потом он задумчиво произнес:

- Прошу вас, пожалуйста продолжайте. Мне очень интересно вас слушать.

- Не волнуйся, я в любом случае скажу тебе все, что собирался. Так вот, судьба каждого человека всегда предусматривает наличие счастья - хотя бы и небольшого. Существует Закон - периоды несчастья всегда сменяются на счастливые. Но у меня - у меня не МОЖЕТ быть собственного счастья, поэтому чтобы выжить, я вынужден воровать его у других. Я - Похититель Счастья.

- И вы... счастливы тем, что похищаете у других людей?

- В том-то и дело, что нет. Оттого, что я краду счастье, у меня оно не появляется. Это трудно объяснить, но... обычные люди живут своим счастьем, а я им питаюсь. Чтобы выжить и сохранить рассудок, мне необходимо поглощать энергию счастья в огромных количествах - гораздо больших, нежели необходимо обычному человеку, у которого она своя. Но и я не всегда был таким. Раньше я был счастлив, и у меня была Невеста. С ней я становился таким, как ты сейчас. Но я нарушил Закон - она нашла себе другое счастье, и просила отпустить ее, а я не смог этого сделать. Она все равно ушла, а я пытался вернуть ее, пытался мстить непонятно кому. Наше счастье не вернулось - оно и не могло вернуться - а моя судьба изменилась навсегда. Через некоторое время мне пришлось научиться воровать счастье. Я овладел этим в совершенстве. С тех пор я перепахиваю Землю своими ботинками и колесами своей тачки, и занимаюсь одним и тем же - выживаю. И учусь плевать на то, что мои сентиментальные мозги думают по этому поводу.

- У меня один вопрос - зачем вы рассказываете это мне?

- А просто так. Мне не станет от этого ни легче, ни проще. Видимо, просто надоело, общаться с самим собой, со старыми знакомыми, что, в принципе, одно и то же. А еще я хочу, чтобы ты тоже кое-чему научился. Научился беречь свое счастье, а самое главное - сохранил свой потенциал - возможность быть счастливым. Я нашел тебя случайно - проезжал мимо, когда вы целовались. И понял, что где-то рядом находится то. чего я не могу похитить. Не знаю, почему, - просто не могу. И мне захотелось познакомиться с человеком, который сильнее меня.

- А что случается с теми, кто стал вашей жертвой? Как они потом обходятся без...без того, что вы похищаете?

- Раньше я много думал обо всем этом. У меня нет никаких угрызений совести, просто интересно... Я думаю, что они потом находят что-то другое - ведь даже Рок благосклонен к людям. Пока человек остается человеком, у него сохраняется право на счастье. На этой планете скорее всего только я один ношу подобное проклятие, наложенное самим собой. Но знаешь - в последнее время я даже стал находить нечто светлое в своем состоянии. В общем-то, это скорее забавно, нежели трагично. Есть такая пословица - “Все будет хорошо...или не будет”.

Дальше они ехали молча. Молодой человек уже не удивлялся, откуда незнакомец знает дорогу, он просто отмечал про себя, как спокойно и уверенно тот везет его к дому. Когда машина остановилась у подъезда. Он подумал, что завтра все это покажется сном и медленно выбрался наружу, стараясь не шуметь, чтобы не нарушить это впечатление. Водитель тоже вышел из машины и, пожимая руку парню, тихо произнес:

- Иди вперед, и ... всего наилучшего...

* * *

Наблюдать, как бармен переливает “Henessy” из бутылки в коньячный бокал было весьма увлекательным занятием. Он попытался сообразить, каким этот бокал будет по счету, но после нескольких бесплодных попыток оставил эту затею. В баре было тихо, людей почти не было, но один из сидевших за стойкой почему-то очень заинтересовал Похитителя. Видимо, потому, что у него абсолютно нечего было похищать. Он явно пришел сюда, чтобы напиться, и, скорее всего, не от хорошей жизни. Поколебавшись с полминуты, человек в плаще подсел к “несчастному”.

- Чего загрустил, коллега?

Человек поднял глаза. Он явно был настроен поговорить, но первое, что у него вырвалось, был абсолютно риторический вопрос:

- Ну ты-то здесь откуда взялся?

- Оттуда, откуда и ты - с улицы. И на тот случай, если ты поинтересуешься, что я тут делаю, скажу - то же, что и ты. Единственная разница между нами заключается в том, что ты пьешь водку, а я - коньяк, и что ты потом будешь догоняться пивом, а мне эта идея в голову, боюсь, не придет.

Они выпили и посидели молча. Потом собеседник Похитителя внимательно оглядел своего последнего и произнес, глядя в пустоту:

- Знаешь, мужик, скажу - не поверишь. Вроде все в жизни есть - работа, деньги, дом - ну чего еще надо? А вот ни хрена. Прикинь - подсел на девку одну и все. Намертво. Вроде ничего особенного - работает она у меня, каждый день ее вижу, должно бы уж и надоесть, а вот тянет к ней, и сделать ничего не могу с собой. И что самое смешное - она лет на двадцать моложе, сама в меня по уши втрескалась, а вот ей платоническую любовь подавай - чистую и незапятнанную. Как ей объяснишь, что в мои сорок уже не бывает такого. Ну понимаю, кобель я старый, на молоденькую потянуло, но от понимания же не легче. Вот и мучаюсь - хоть напивайся, хоть нет - нейдет из головы, зараза, и все тут.

- А ты кто по профессии-то, если не секрет?

- Да музыкант я, из рокеров из старых. Мы с ней на этой почве и сошлись, сейчас вот сольный проект пишем, да какая тут музыка, когда она у меня все время перед глазами вертится...

- А-а-а... Ясно с тобой все...

- Мужик, поверишь, - самому стыдно. Как мальчишка... да что там, хуже - как ребенок игрушку в магазине увидел и клянчит... И понимаю, что она мне всерьез не нужна, и что она потом мучится будет, а все одно...

Похититель, выслушав все это, вдруг задумался. Одна мысль пришла ему в голову. “В конце-то концов, очищать душу, так очищать”. Он допил коньяк и взял мужика за запястье.

- А теперь слушай меня внимательно. Сейчас нечто такое произойдет, чего ты не очень поймешь, но это и не нужно. Потом ты прекратишь пить и поедешь к ней. Сейчас. Понял?

Эти слова Похититель произнес очень тихо - почти шепотом. Все самое важное в жизни говорится шепотом. Потом он вдруг напрягся, странный блеск появился в его глазах, - за доли секунды часть безмерного, но чужого счастья ворвалась в судьбу пьяного музыканта и растворилась в ней. “Должно хватить... Теперь все будет хорошо...хорошо для кого... ладно, в конце концов ты же сам говорил тому юнцу, что счастье не бывает ни высоким, ни низким...ну захотел мужик девчонку - ну пусть получит... думаю, и она тоже не проиграет”. Эти мысли пронеслись в голове Похитителя, который в первый раз в жизни поделился с кем-то своей добычей, а потом навалилась усталость. Он уже без интереса наблюдал, как бы со стороны, как собеседник, прощаясь, жмет ему руку, без удивления отметил, что оба они абсолютно трезвы, он не задумывался о том, понял ли музыкант, что сейчас произошло в его судьбе - это уже было не важно. Он сидел в баре еще некоторое время, а потом на смену усталости из глубины его души поднялось какое-то неясное темное предчувствие, принесшее с собой злость. Похититель вышел на улицу, сел в машину, поехал (как всегда - куда глаза глядят) - злость не прошла. Напротив, она переросла в ярость. Когда стало ясно, что вести машину в таком состоянии невозможно, он припарковался в первом попавшемся месте и зачем-то вошел в метро.

* * *

Музыкант вышел из бара, поняв единственную вещь. До него не слишком хорошо дошли слова странного незнакомца, но уяснил он одно - нужно обязательно увидеться с ней. Сегодня же. Он не знал, что из этого выйдет - раньше встречи с ней наедине обычно кончались задушевными кухонными беседами о жизни. Она хотела быть его Ангелом-хранителем, а он хотел ее как женщину, и ничего не мог с этим поделать. Ноги несли его к ее дому автоматически, и он очнулся от этого странного забытья, во время которого она и человек из бара странно переплелись в его мыслях, только обнаружив, что дверь ее квартиры не заперта. Он осторожно вошел. В квартире, которая была куплена им специально для нее - она мечтала обрасти независимость от семьи, - было совсем темно, и он, полный неясного и какого-то ирреального предвкушения, заглянул в комнату. Сначала ничто не нарушало полной тишины, затем раздался ее голос - и такого голоса ин еще не слышал от нее никогда:

- Иди ко мне, любимый... Я жду тебя... Ты и представить себе не можешь, как я ждала момента, когда смогу стать твоей...

... Похититель Счастья мчался по подземному переходу. Он с разбегу врезался в людскую массу, которой был заполнено вечернее метро, разбрасывал народ в разные стороны, и бежал дальше. Его черный плащ развевался за спиной, как крылья демона. Люди шарахались от него, а он на бегу хватал обрывки их мыслей. И от этих обрывков ему становилось страшно.

... Он неторопливо ласкал ее. У него было много женщин - рок-н-ролльная молодость, как-никак, и он считал себя хорошим любовником, но сейчас он вдруг занервничал. Ему захотелось, чтобы их первая ночь запомнилась ей навсегда, и поэтому он подавил в себе суетливую страсть и заставил себя не торопиться. Пусть все будет медленно и очень красиво. Очень красиво...

... “Господи, какое у людей примитивное понятие о счастье! Ведь, по сути, только я знаю настоящую цену этому чувству. Вы все - жалкие червяки, и вы отдадите мне все, что у вас в душе - по кускам...” Он уже бежал по эскалатору, спускаясь все ниже. И те обрывки счастья, которые он вырывал на бегу, звенели у него в голове жутковатым, по-похоронному мелодичным звоном.

... Исполненное наслаждения лицо женщины, к обладанию которой он так давно стремился... Под его руками ее тело трепетало... Он был счастлив от осознания того, что получил то, что желал... Он забыл обо всем на свете - и видел, что и она тоже забыла...

... “Ведь все они в сущности не имеют за душой ничего! Они лишь думают, что у них что-то есть! Их счастье - иллюзия... ” Он лавировал между пассажирами на платформе, и ветер от прибывающего поезда бросал им в лицо полы черного плаща... Словно огромным невидимым топором, он сносил людям головы и уносил с собой самое ценное, но они не замечали этого.

... “Теперь мы с ней - единое целое. Ты моя, девочка, ты только моя, и я сделаю тебя счастливой...” Он слушал ее бессвязный горячий шепот и продолжал медленно и неуклонно доводить ее и себя до предела любовного безумия.

... “У этого парня жена сегодня родила... не от него... Этот... бомж, что ли... полтинник на улице нашел, а завтра его в приемник менты заберут... Этот - вообще наркоман...достал дозу, а там отрава какая-то...Люди! У вас же ничего нет, только вы не знаете об этом! Счастье есть только у единиц, и то они так легко отдают его! Господи! Почему же я не могу даже думать, что я счастлив? ”

... Когда все кончилось, и ее бывший таким заоблачным, а теперь ставший обыкновенным мужиком кумир отправился варить кофе, она вдруг поняла, что он, в сущности, обращался с ней, как со своей гитарой. Занимаясь любовью с ней, он творил музыку, но она вдруг вспомнила человека, с которым она сама становилась мелодией, такой, какой хотела сама - мелодичной, печальной, агрессивной - какой угодно. И что-то оборвалось в ее душе.

... Глаза Похитителя Счастья, раньше светившиеся ледяной прозрачностью, теперь были мутными и пустыми. Он, с трудом переставляя ноги, поднимался по неработающему эскалатору с противоположной стороны станции, по которой только что пронесся вихрем, и медленно приходил в себя. Его бешеная атака на людскую толпу, заполнявшую метрополитен в час пик, кончилась “передозировкой”, и теперь он чувствовал себя утомленным и разбитым, но профессиональный инстинкт подсказывал, что это чувство скоро кончится, зато ему теперь долго не нужно будет выходить на ненавистную охоту. Пока Похититель добирался до своей машины, вырванные вместе с энергией человеческие мысли померкли, утратили присущую им часть жизни, их породившей, и растворились в его сознании.

* * *

Осеннее небо изливало дождь на грешную землю. Листья уже почти осыпались с деревьев, и сквозь плотные насаждения старого загородного парка были видны небоскребы новостроек. Человек в джинсах и черном кожаном плаще стоял посреди аллеи, засунув руки в карманы подставив лицо под моросящие капли.

Вода струилась по его лбу, стекала по щекам, и казалось, что человек рыдает. Потом он словно опомнился, поежился, запахнул плащ и быстрым шагом пошел по тропинке к припаркованной там машине. Не вытирая воды с лица, он завел мотор и черный “Бьюик” выехал из парка и покатился по направлению по шоссе, ведущему в город. Человек вел машину медленно, никуда не торопясь, когда уже на одной из центральных улиц его нога вдруг сама нажала на тормоз, а руки повернули руль, и машина оказалась припаркованной точно на одном из свободных мест муниципальной автостоянки. Человек прищурился и наклонился вперед, его внимание было полностью поглощено мужчиной и молодой девушкой, которые, держась за руки, прогуливались по тротуару. Через мгновение хлопнула дверца машины, а еще через несколько секунд Похититель Счастья уже стоял перед прогуливающейся парочкой. Зачем он преградил им дорогу, и что делать дальше, он не знал, зато он знал то, что мужчина перед ним - ни кто иной, как “осчастливленный” музыкант из бара, а женщина когда-то была ЕГО женщиной, а потом стала его проклятием. Теперь он понял, что за предчувствие грызло его после того, как он поделился счастьем, и почему оно вылилось в ту кошмарную “бойню” в метро. Он понял, что сам отдал ее другому человеку, отдал ту, о которой думал каждую минуту, каждую секунду своей жизни. Посмотрев в ее глаза, он решил, что ему необходимо сделать. Он стоял и ждал сигнала - ждал, когда кто-нибудь из них двоих скажет ему Слово...

Музыкант смотрел на него широко распахнутыми глазами. Он не знал, кто этот человек и только начал слабо вспоминать тот вечер в баре, но интуиция подсказывала ему, захлебываясь истошным криком: “Это -смерть, это - разрушение, это - боль! Смерть, боль, разрушение! Разрушение, боль, смерть! Смерть...”А девушка вспомнила всю любовь и всю ненависть, которую питала к этому человеку, и почему-то вспомнила тот день, когда вместо Вдохновенной Музы она превратилась в любовницу своего гения. Эти мысли пронеслись в ее голове, как бульдозер по проселочной дороге в то время, пока она тихо произносила:

- Здравствуй...

В этот момент руки Похитителя сомкнулись на горле музыканта, но, вместо того, чтобы отобрать его дыхание, они просто отшвырнули его в сторону, и, падая, тот изумился силе этих рук. Потом человек в плаще мягко взял руку девушки и поднес ее к губам, но когда он прикоснулся к ней, не слова нежности, а яростный стон безмерной боли сломал наступившую тишину. Все накопленное им и хранившееся мертвым грузом счастье, все до последней капли ворвалось к ней в душу с этим поцелуем , переполнило ее и, теплой волной пройдя по всему телу, воцарилось в своем новом жилище. Не выпуская ее руки, Похититель упал на колени, и розовые окрашенные кровью слезы брызнули у него из глаз. Напряжение было адским, он уронил ее руку. Посмотрел кровоточащими глазами на музыканта, лежащего вниз лицом и пытающегося перевернуться на спину, посмотрел на ее просветлевшее лицо и порадовался тому, что глаза ее закрыты и она не видит его в тот момент, когда ее душу переполняет уже не похищенное, а подаренное счастье.

Медленно встал на ноги, сделал два шага до машины и сел в нее. Уже выезжая на проезжую часть, он видел, как он сначала метнулась за ним, потом посмотрела на сидящего на земле и ничего не соображающего спутника, а потом села, прислонившись к фонарному столбу, и уронила лицо в ладони.

* * *

Она сидела у себя дома, на своей кровати, завернувшись в одеяло и обложившись подушками. Когда она думала о Нем и вспоминала события вчерашнего дня, тонкая полуулыбка появлялась на ее лице, и ей хотелось еще хотя бы стать той музыкой, в которую она превращалась, когда была с ним. Ее жизнь с гитаристом отошла куда-то далеко, она искренне надеялась на то, что никакого продолжения не только не будет, но и не может быть. Весь вчерашний вечер она обзванивала всех знакомых, которые могли знать что-либо о Нем, но результата не получила, и сегодня намеревалась продолжить поиски. Она знала, что найдет, и ее душу грел изнутри Его подарок...

Похититель счастья гнал машину непонятно куда несколько часов подряд, и каждая минута грозила аварией - глаза закрывались сами, его неудержимо клонило в сон. В конце концов он остановился на обочине, заглушил двигатель, устроился поудобнее и закрыл глаза. Перед тем, как сознание окончательно провалилось в сон, у него мелькнула мысль, мелькнула и утонула в нервном забытьи: “Будь счастлива, любовь моя, а я себе еще насобираю...”