© Gray Knight.

Серебро и темное золото.

Серебро и темное золото,

И цветущий шиповник у камня черного,

И шипами его рука исколота,

Всадника, во тьму облаченного…

Твердое красное дерево –

Не старинное – древнее древнего,

И железо, годами изъедено –

Светится… Ветрено…

Что за запах блуждает в воздухе?

Кровь, роза с мрамором.

У меня есть ржавые гвоздики.

Где враг мой? - За морем…

На кирпичной кладке замшелой

Разложены ветви омелы,

И другая колдовская снасть –

В цель не попасть.

Уголек теплится… уголок занят –

На дым пришел домовой,

Уголек от дома - домовой знает:

Нет дома – хоть вой…

Хоть плачь…

Хоть в петлю, но:

Уголек чертит, рисует черно –

Звезда. Не велика, не мала…

Два луча вверх – движется мерно –

Один вниз… Витая скала.

Кирпичики изрисованы,

Испачканы скверной, мазней, пальцы в золе…

Прилетят вороны,

Увидев с неба блики на серебре…

Такой коряги кривой,

Как та, что рядом со мной –

Не видел в жизни. Весь день

Я не отбрасывал тень.

Я хотел построить корабль из дубовой доски –

Маленький, с воробья, коричнево-черный,

А по бокам, во избежанье тоски –

Крылья из стали каленой.

Но это – все отвлеченное, все пустое,

Пусть. Вместо ярости – есть у меня

Отчаяние. Глубокое и густое,

Грусть,

И сапоги. На каблуках –

О, черт! Я подкован!

Будь проклят этот колодец – как попадешь –

Не обессудь – пойман и замурован.

Где та сила, что носит, что вертит, что наполняет,

Пониманием душу? Весна… Видимо, сила линяет,

Или сбрасывает старую кожу, или линяет подальше…

Голос купажирован фальшью.

О, чистоты! Дайте мне, бляди, вздремнуть!

Продолжается путь.

Кто сказал, что мята сладка? Она пахнет сладко…

И спасала раньше, а сейчас – горечь.

Не жевать ее, что ли? Была уже полночь?

Или будет, или не будет ее вообще сегодня?

Столько вопросов в башке, никуда негодной…

На этом лугу, у кирпичной кладки…

Вечером, в небе складки…

В небе дыры

В руках – ствол небольшой мортиры,

Маленькой пушки…

Я хотел бы купить игрушки –

И ту, и эту, и все…

Холодно по весне…